Умельцев на Руси много — о них не одна книжка написана, песня напета. А вот так, чтобы посреди современного города встретить — это постараться ещё нужно.
Сургутянину Виталию Горшкову всего 34 года от роду, а он вам и про поющие клинки, и про самые дорогие мечи, и про выживание в турпоходе часами будет рассказывать. Женщинам разговаривать с ним сложно (первые три дня), а вот мужчины от рожденья как будто «в теме».
«Всё началось с того, что у моего деда был мотоцикл. По семейному преданию, он ему сковал цепь. После этого все и решили, что теперь он кузнец. Дед жил в посёлке Полевом Орского района — разводил коров, овец, подковывал лошадей. Кузнецов больше в округе не было, поэтому приходилось ему самому всё осваивать. Как говорится, «на глаз» — там постучит, здесь приладит, вот и получилась повозка.
Помню, в детстве мне нравилось прибегать к нему и рассматривать то, что он делал. Эти впечатления потом и превратились в желание научиться кузнечному делу.
Мне вообще повезло с родственниками — лентяев среди них не было. Другой дедушка был лётчиком-испытателем, а по маминой линии родственник — генерал личной охраны царя Романова. У мамы даже благодарственное письмо сохранилось.
Сам я чем только не занимался. Одним из главных увлечений было радиоэлектоника — в подростковом радиоклубе появлялся часто. Когда заканчивались детали для собственных изобретений, их ведь нужно был где-то доставать.
Признаться стыдно, но в мальчишеский карман тогда было много чего положено, оправдывает лишь то, что в дальнейшем всё это превращалось в работающие радиоприёмники, блоки питания, рации, усилители, переговорные устройства.
Будет у меня сын — обязательно отдам в радиоклуб. Занимался и спортом — ушу, тхэквондо, баскетбол… При этом рисовал (и до сих пор люблю это делать), играл на гитаре, изучал дизайн. В университет пошёл учиться на кибернетика-биомеханика.
С ковкой всё складывалось очень прозаично — не было такого, что «проснулся и понял, что я кузнец». Тогда я работал в макетной мастерской, временами было скучно и я пробовал делать для себя ножи. Делал старательно и очень долго, воображал себя известным на весь мир мастером.
На самом деле ничего не получалось, но это было и не важно — друзья видели и приободряли, даже что-то мелкое заказывали. Этого оказалось достаточным, чтобы я не бросил дело.
Самые первые топор и нож собственного изготовления, которые мне самому нравились, сразу же заняли первое место на городском конкурсе-выставке «Сургутский умелец».
Топор я даже потом и не увидел — его купили до того, как успел его забрать. А вот нож до сих пор у меня хранится - теперь уже как талисман.
Работать люблю с костью, деревом, рогом. Никакой пластики или низкосортной стали. Каждое изделие — сугубо авторское. То верёвками обвяжу рукоятку, то кельтские узоры изображу, то на клинке оставлю следы ковки.
Такого в округе никто не делает — все как-то по воротам и мангалам специализируются… Раньше работал интуитивно — чтоб руке было удобно, глазу приятно. Сейчас обкладываюсь энциклопедиями и пособиями, вымеряю по всем стандартам, звоню мастерам в другие регионы и прошу совета.
То, что я делаю, не является оружием. Это ножи для охоты, для дома, бытового назначения. Эти изделия не нуждаются в сертификации и могут дариться, выставляться, передаваться «из рук в руки». В последнее время я даже не успеваю делать что-то для себя — всё под заказ и обычно в сжатые сроки.
Подводить никого не хочется, поэтому большую часть свободного времени провожу в мастерской. Жена понимает, как мне всё это важно и даже помогает — вот наковальню подарила, набор кернов и книжку про финно-угорские орудия. Мы с ней стараемся не расставаться, так что я ей в мастерской рабочее место соорудил, чтобы она за компьютером сидела.
В планах — масштабное расширение: год назад я загадывал мастерскую с высокими потолками, сделать настоящий горн — сейчас это всё уже есть, осталось только установить трёхметровый гидравлический молот и пресс.
Часто появляются заказы на экскурсии от городских предпринимателей, да только у них представление о кузне такое:
Вот выходит к ним мужик с густой бородой по самую грудь и в кожаном переднике, щипцы показывает, а в щипцах — ярко алый клинок. Он пару ударов сделал — вот тебе и сабля! Всё, конечно, не так выглядит, но если людям хочется шоу — будет им шоу. Не чаще только раза в неделю, а то кто работать будет?
Морально готовлюсь к появлению в моей жизни подмастерьев. Всё чаще начинают находить в интернете и просить «научи», «покажи», спрашивать «можно ли попробовать». Я обычно соглашаюсь, но знаю, что большинство после первой пробы силы пропадут — мало кто готов работать трёхкилограммовым молотком полдня. Да и кузнецы в народном фольклоре были приравнены к чертам неспроста: огонь, жар и всё такое. Сложно это всё.
Если вдруг объявятся единомышленники — буду только рад, меня найти можно просто — в соцсетях «Обская кузница». Никакой «Почтой России» писем посылать сейчас не нужно. Так что буду рад знакомству со всеми.